Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

Ползайте "Почтой России"!

Вчера, придя домой, выгребла из почтового ящика обычный ворох макулатурной рекламы, среди которой неожиданно попался конверт. Ну, не то чтобы неожиданно - я знала, что письмо это было отправлено из населённого пункта, отстоящего от меня на 90 километров.
Фишка в том, что на конверте стоял штемпель "20 мая".
90 километров письмо шло 135 дней. Вероятно, то и дело останавливаясь вздремнуть, перекусить и понюхать ромашки, как тот паровозик. Преодолевая в среднем около 28 метров в час. Примерно к середине июля оно уже потеряло актуальность, но упорно, как черепаха на нерест, шло к своей цели.
Упорство, конечно, восхищает. К тому же из всемирной истории и классической литературы я знаю, что иные письма шли и дольше - особенно отправленные в бутылке через океан.
Пойду перечитывать роман сэра Терри Пратчетта "Опочтарение" и набрасывать эскизы будущего логотипа "Почты России". Не решила ещё только, кого предложить сей организации в качестве тотемного животного - упомянутую черепаху, улитку или ленивца из "Зверополиса".  

"Король-лирник". Акт второй, продолжение 4

Урсула (жестом подозвав Борея, тихо):
На чáек наша Дина зря грешит.
Здесь человек жестокий постарался
С ножом иль шилом. Месть ли то была
Иль что иное – нам не доискаться,
Пока он сам поведать не захочет.
Борей (помолчав, сквозь зубы):
Я воздух клятвой сотрясать не буду –
Но отыщу того, кто старика
Безжалостно лишил дневного света,
И долг верну с процентами, иначе
Злодейство без возмездия повиснет,
Как пьеса не доигранная.
Урсула:
Как
С преступником ты расквитаться сможешь?
Вдруг это кто-нибудь из сильных мира,
Которому ничто закон людской?
Хвалился чижик на кота восстать –
А после было перьев не сыскать…
Collapse )
Collapse )
Collapse )

Лёгких путей не ищем, но иногда на них застреваем

Два дня подряд мельчайший снег шёл во все стороны одновременно. Броуновское движение снежных молекул накрыло город, пробочный индекс качался от 9 (город стоит) до 6 (длинные пробки), но 6 – это только там, где только что прошла снегоуборочная техника. Пешеходы продирались сквозь белую падаль мрачно, нагнув головы, как отчаянные золотоискатели на Юконе.
Потом всё стихло. Автомобильные дороги разгребли, а народ протоптал новые тропки поверх засыпанных – в соответствии с оптимальной пешеходной логистикой.
Однако есть… хм… отдельные нестандартные экземпляры, которым и дорожные правила не писаны, и логистика пофиг, и даже на логику плевать – они прутся напрямик через снежную целину, тонкий лёд и всяческие буераки, заставляя МЧС нервно дёргать глазом. (Вижу, вы уже вспомнили пару-тройку случаев.)
Несколько лет назад, когда зима была особенно снежной, пришлось и мне побывать в роли спасателя. Иду это я на автопилоте в родную редакцию, никого не трогаю, мысленно примус починяю, как вдруг из окружающего эфира доносится слабый крик:
- Спасиииите…
Collapse )

Последний писк

После записи «О вампирах» от 6 июня 2013 года меня попросили написать стих, посвящённый комарам. Но, сколько бы я тогда ни призывала музу, творчество не пошло: наружу выкатилось лишь несколько разрозненных строчек. И вот только сейчас, пять лет спустя, разбредающееся стадо слов удалось собрать:

Маттиола расцветает, соловейко щебетает
И над крышами всплывает толстощёкая луна.
Ночь романтикой искрится – отчего бы не влюбиться,
Не писать взахлёб сонеты у открытого окна?..

Чорта с два! К ночному пиру, абсолютно чужд Шекспиру,
Но зато родня вампиру и его же аватар,
Наточив потоньше жало, чтоб надёжней поражало,
Прилетит давить на жалость,
попрошайничать –
КОМАР!!

Эта тварь, мечтая впиться, ночью в спальню просочится
И зудит, зудит занудно, нарезая виражи:
«Изззвиняюсь! Зззагибаюсь! Голодаю и зз-скитаюсь!
Только в жизззни и осталось зззуб на полку полозз-жить!..»

С маху бьёшь себя по глазу, но летучая зараза,
Элегантно увернувшись от карающей руки,
Продолжает эти песни, и не даст уснуть, хоть тресни,
И куда угодно влезет, несмотря на все замки.

А когда рассветом алым поднимаешься с фингалом,
Что себе поставил ночью, с этой сволочью борясь,
Он уже сидит на стенке, сытые прижмурив зенки
И своим раздутым брюхом, как бокал вина, светясь.

Знает подлый насекомый, с человечеством знакомый,
Крови жаждою влекомый, что его не будут бить;
Что иначе после боя на весёленьких обоях
Расплескается такое, что вовек не отскоблить.

Что ж устраивать театр? Выметайся, триумфатор,
И лети хоть на экватор – выбирай себе маршрут.
Но, летая-распевая, помни, гад, что есть такая
Пирамида пищевая: где-то и тебя сожрут!..
 

Цивилизационная норма

Сейчас пробиваюсь сквозь толщу романа «Сёгун» (то и дело морщась на качество перевода). Игры японских престолов, кроме всего прочего, интересны тем, как искрят мозги у европейского человека при столкновении с обществом, построенным на совершенно иных принципах. Буквально физически ощущаешь, как шатаются и рушатся представления о правильном, привычном и допустимом – даже если человек не совсем тёмный и дикий, обошёл с флотом вокруг света и повидал многое.
Чего стоит одна только сцена первого мытья! Представитель западной цивилизации образца 1600 года брыкается и орёт: «Не трожьте меня, проклятые макаки! Все культурные люди знают, что мыться опасно для здоровья! Я от вашей бани заболею и сдохну!!..»
«Макаки», впрочем, невзирая на вопли, скрутили его и вымыли насильно. Чтоб дикий варвар не вонял на приличных, цивилизованных людей.
Collapse )

Пивная ванна и другие удовольствия

Среди недели я спохватилась, что у меня на даче комары не кормлены. Непорядок. Зная, что призраки истощённых насекомых будут тревожить совесть, пришлось задвинуть редакционные проекты в угол до следующей недели и сорваться в путь.
На даче меня встретило не только ликующее жужжание гнуса, но и радостные рожи вытянувшихся, отожравшихся сорняков. Тепличные условия почему-то не впечатлили культурную огородину – та, как и подобает интеллигенции, кисло восприняла объективную реальность и завязи делает, словно большое одолжение. (Ну, кроме клубники – этой оказалось в изобилии.) А вот осот, пырей и мокрец, как гопота, растеклись по всему участку и нагло лыбились прямо в глаза: «Ну и чо ты с нами сделаешь?..»
А вот чо, сказала я. Надысь был мне вещий сон, и видала я вас всех в компостной куче. Порубленными в капусту и морально разлагающимися.
За следующие два дня, проведённых в известной «позе дачника», в упомянутую кучу было вынесено тринадцать плотно утрамбованных вёдер биомассы. Не скажу, что огород был вылизан до блеска, но хотя бы стал выглядеть прилично…
                                                               *         *         *
Collapse )
Collapse )

Охота на циклопов

В первый день июня у нас зима, ударив руками об полы, вскричала: «Охти мне, старой, совсем запамятовала!» - и кинулась напоследок выбивать небесные перины. Градусник съёжился до нуля; дачный народ спрятал купальники, надел стёганые куртки и начал закрывать рассаду старыми пододеяльниками и прочим тряпьём. Высунувшуюся было картошку затолкали обратно в землю и приказали сидеть тихо.
После этого оставалось только сидеть в доме безвылазно, подбрасывать в печку дровишки да наводить ревизию в завалах старых журналов.
Ревизия оказалась с сюрпризом. Обнаружилось несколько книг, считавшихся утерянными, и в их числе – библиографическая редкость: труд академика Ивана Правдина «Рассказ о жизни рыб». С изломанной от старости обложкой, многочисленными  иллюстрациями и моими собственноручными маргиналиями в виде детских «каля-маля» на полях (а иногда и поверх текста).
Знай я тогда, какую роль эта книжка в моей жизни сыграет, я бы обращалась с ней более почтительно. Но что взять с мелкого, неграмотного и невежественного ребёнка?
Когда малевать на страницах и пробовать их на разрыв надоедало, я ходила за бабушкой хвостом, требуя знаний: «А это какая рыба? А это какая рыба?..» Бабушка, замороченная домашним хозяйством, вначале терпеливо отвечала, а потом решила, что проще меня раз и навсегда обучить грамоте.
Покойный академик-ихтиолог и не подозревал, что на самом деле писал не научно-популярную книжку, а букварь для меня.
Но это так, присказка.
                                                               *         *         *
Collapse )
                                                            Collapse )
Collapse )

Занимательная энтомология в домашних условиях

Давненько у нас в доме не было никакой насекомой живности! Тараканы уж лет пятнадцать тому, собрав узелки и детишек, переселились в неведомые края; комары после осушения подвала тоже исчезли начисто, и даже платяная моль, испуганная апельсиновыми корками, подалась куда-то в Страну Вечных Шуб.
Но природа пустоты не терпит и, чтобы нам не скучно было, наслала очередную казнь египецку. Дело в том, что мама взялась собирать спитые чайные пакетики – не в качестве коллекции, а как будущее удобрение для рассады. И – я не знаю, может, средневековые учёные были отчасти правы, говоря о самозарождении всяких тварей из сора и отходов. Потому что, вражья его матерь знает откуда, на этих пакетиках появились мухи-дрозофилы!
Сначала это были одиночки, робкие и пугливые; каждый раз они спрашивали разрешения, прежде чем присесть на стол с краешку и подобрать малую крошечку. Но со временем, видя, что никто их не третирует, а еды завались, вся эта мушва наплодила детишек и откуда-то выписала себе родственников. Родственники оказались как на подбор: круглые, наглые, с вылупленными ярко-красными буркалами, а уж как обсядут яблоко или банан – фиг прогонишь.
Такие дрозофильные рои я видела раньше только однажды – в нашей сельской хате, когда бабушка ставила яблочный уксус. Вернее, натёртую яблочную массу в кастрюльке под марлей: до уксуса той ещё предстояло дозреть. Но фруктовые мушки разведали в марле махонькую дырочку, оценили такой подарок судьбы по достоинству, и через несколько дней на кухне царил полный вейсманизм-морганизм: пьяные дрозофилы летали тучами и хором орали неприличные песни про пауков. Пауки отсиживались по углам и делали вид, что не слышат…
И вот теперь я в раздумьях. То ли выловить обнаглевшую мушву и продать учёным-генетикам (поштучно или на развес – как получится). То ли подождать, пока все чайные пакетики будут использованы, и позаботиться, чтобы мухи не нашли, где ещё харчеваться. Но оставлять всё как есть – чревато. Мне уже сейчас не нравится, как они на нас смотрят красными вампирскими глазами; не хватало ещё проснуться среди ночи, задыхаясь под голодным роем облепивших тебя дрозофил-мутантов-кровососов!..