Category: напитки

Category was added automatically. Read all entries about "напитки".

"Зимняя песенка"

Не перевод, а скорее "фантазия на тему":

Край крыши скалится на всех
Рядами ледяных клыков,
Охотник кутается в мех
Добытых осенью волков,
Висит луна в морозной мгле,
Хребты у лошадей в снегу,
Позёмка мчится по земле,
И сыч кричит: пугу! пугу!

У прачек цыпки на руках,
Замёрз коровий водопой,
В прозрачных папоротниках
Сочится в окна свет скупой.
Когда свистят ветра зимы,
Брести пешком через холмы
Не пожелаешь и врагу,
И сыч кричит: пугу! пугу!

Покрылся льдом осенний сор,
На пальцы дует старый Том,
Кухарка Аннушка на двор
Летит с кипящим котелком,
Чтоб остудить его в снегу,
И сыч кричит: пугу! пугу!

Пластается по крышам дым,
И вечера длинней баллад,
Сады - под инеем седым,
В глинтвейне пряности кипят,
Дрова приносят к очагу,
И сыч кричит: пугу! пугу!..

Приснится же такое

Нет, это не прошлой ночью было, а много-премного лет назад. И, в отличие от других снов, не выветрилось из памяти сразу после пробуждения, а до сих пор заставляет ломать голову над вопросом "к чему бы это?"
Итак. Одна из петровских ассамблей. Большой зал и туча народу. Дамы в нарядных робах, с мушками, кавалеры в париках и камзолах. Все танцуют, улыбаются, обильно потеют, машут веерами и обмениваются кумплиментами.
Все, кроме меня.
Потому что я не Спиноза какая, чтобы выделывать ногами кренделя. Я делом занята. Лавируя между танцующими, пробираюсь к дальней стене, к которой пристроен консольный столик. По обе стороны от столика сидят: справа - Алексашка Меньшиков в розовом камзоле, обильно обшитом серебряными галунами, и в здоровенном курчавом парике; слева - сам царь Пётр в преображенском мундире. О чём-то беседуют.
А у меня в руках поднос, который я должна донести, не уронив и не дав никому ничего с оного подноса спереть или смахнуть даже случайно. Ибо для Алексашки на нём стоит высокая бутылка с мальвазией и на блюдце поблёскивают груздочки, точно из зелёного изразца вылепленные. А для Петра - шарообразный штофчик водки, весь запотевший, и прямо на подносе горкой лежит заиндевевшая рябина.
Уф-ф... Донесла без происшествий и на столик поставила.
Алексашка сей же момент из бутылки, вкусно булькая длинным горлышком, налил сам себе в высокий хрустальный кубок - и видно было, что вино тёмно-красное и такое густое, что заполняет рюмку чуть ли не слой за слоем. Налил, сделал царю "прозит" и выпил, смакуя. И двузубой серебряной вилочкой подцепил груздь и закусил. Прямо-таки видно было, что человек умеет получать удовольствие от каждой мелочи.
Пётр же, не церемонясь, быстро набулькал водки в хрустальную стопку, опрокинул залпом, а затем взял с подноса жменю мёрзлой рябины и следом в пасть отправил. Некогда, дескать, гурманствовать - государственные дела ждут!..